Главная » 2013 » Октябрь » 7 » Свой среди своих
15:04
Свой среди своих
Оригинал взят у novayagazeta в Свой среди своих Виктор Коноваленко считал главным для себя вытравить из души и тела инстинкт самосохранения, навсегда преодолеть страхЕсть то ли анекдот, то ли быль о встрече в Сандуновских банях футболиста Стрельцова и хоккейного вратаря Коноваленко. Спортсмены в Сандунах тогда (и это не секрет) не только парились, но и выпивали. Но даже Стрельцов, знавший толк в парилке и выпивке, был удивлен размахом, с которым отмечали что-то приехавшие в Москву горьковские хоккеисты. «Вы вчера с кем играли?» — по-своему поняв банное застолье, поинтересовался у вратаря нападающий. «Вчера ни с кем, у нас завтра игра», — отвечал вратарь.Тип спортсмена, который так прекрасно олицетворял собой двукратный олимпийский чемпион Виктор Коноваленко, уже давно исчез из жизни. Теперь спортсмены — звезды, шоу-фигуры, небожители. А вратарь Коноваленко был свой человек, всей своей натурой, характером и судьбой — свой. Таких невысоких, коренастых, надежных мужиков в те годы можно было встретить и на проходной завода, и на гаревом поле стадиона, и в пивняке с кружкой «Жигулевского» в руке, и у бань, где они на газетке раскладывали воблу и аккуратно расставляли на приступочке шкалики… Он настолько был свой, настолько неотрывен от всей этой жизни с дворами, кустами черемухи и хоккеем на открытых «коробках», что за границей чувствовал себя неуютно, в номере «Хилтона» для успокоения души ловил на свою «Спидолу» «Радио Москвы», а его жена Валентина посылала ему с оказией на чемпионат мира слоеных пирожков и ржаного хлеба.Да простят меня трехкратный олимпийский чемпион Третьяк и мой любимый вратарь Виктор Зингер, но Коноваленко я ставлю выше них. В спартаковце Зингере была нервная, артистическая жилка, когда на него находил кураж, он тащил все, а рабоче-крестьянский горьковский торпедовец Коноваленко тащил все и без куража и артистической жилки, просто за счет психики, устойчивой, как грузовик, за счет характера, выносливого, как трактор. Третьяк, конечно, выдающийся вратарь, но перед ним всегда маячили огромные спины Лутченко, Цыганкова, Гусева, Рагулина; а Коноваленко в своем «Торпедо» был зачастую все равно что голый перед нападающими противника. Они приезжали к нему как на параде и били его в упор. Он пускал и пять штук за матч, и семь, но важнее тут не это, а то, сколько он отбивал, ловил, парировал, накрывал и вытаскивал.Посмотрите на старые фотографии, вратари там кажутся маленькими в воротах. Щиточки узкие, на голове ни шлема, ни маски, свитер на шнуровке. Амуниция еще не была такой раздутой, как сейчас, когда двухметровый верзила, стоящий в рамке, закрывает ее всю. Невысокий, коренастый Коноваленко со всегдашним безукоризненным пробором, четко проведенным в черных густых волосах, не стоял в воротах, он ловко катался в них. Однажды у него поднялась температура, и он не мог играть, но в его номер пришла делегация игроков с просьбой выйти на лед — без Медведя в воротах даже наша выдающаяся сборная конца шестидесятых чувствовала себя неуверенно — и он встал с температурой в ворота. Это была у него даже не спортивная, профессиональная солидарность, а солидарность человеческая, дворовая, уличная, рабочая: нельзя же подвести корешей… В Швеции во время игры ему сломали нос, и не просто сломали, а ударом конька размолотили на куски. Он потерял сознание, в госпитале св. Серафима ему сделали 37 рентгенов и вставили шпильки в кости, но на следующую игру он все равно вышел, чтобы и там опять получить в свой несчастный, разбитый, собранный врачами по кускам нос. При этом он и с размолоченным носом не терял невозмутимости. На все случаи жизни у него были несколько фраз: «Все нормально…», «Что характерно…» и «Доктор, надо бы постоять…» (это когда он хотел играть с травмой).Он был простой человек, вратарство было для него видом рабочей профессии, но задачу свою по жизни он понимал очень четко, и она была такая же, как у святых и героев. Коноваленко считал главным для себя вытравить из души и тела инстинкт самосохранения, стать безбоязненным, навсегда преодолеть страх. Это у него, дворового пацана, детской памятью помнившего, как немцы бомбили Горький и как он из родного барака бегал прятаться в щель, получилось не сразу. Тренер Богинов однажды привел Коноваленко на тренировку ЦСКА, армейский тренер Тарасов свирепо замахнулся клюшкой, мальчишка инстинктивно пригнулся и тут же получил безапелляционный диагноз: «Никогда из тебя вратаря не получится, шайбы боишься!» Ошибся тренер Тарасов, не углядел в коренастом пареньке вратаря, который скоро в самых важных играх будет спасать сборную СССР во главе с тренерами Чернышовым и Тарасовым. И пятьдесят шрамов на теле Коноваленко доказывали, что он преодолел страх.Алексей Поликовский Обозреватель
Просмотров: 141 | Добавил: admin | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 3

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Календарь

«  Октябрь 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

Архив записей